14 ноября 2018 года стал самым дождливым днем осени. Голые ветви с силой хлестали по ветру, не в силах помешать его неумолимой силе, несущей вслед за собой уже готовую начаться зиму.
Клиника для душевнобольных, расположенная на окраине города, казалось, замерла и затихла. Парк, окружавший ее со всех сторон, вымер и даже редкие пациенты, рискнувшие прогуляться в это ненастное время, быстро спешили обратно в свои палаты.
Кабинет индивидуальной психотерапии представлял собой небольшую комнату с несколькими креслами и шкафом, забитым книгами. Их принесли сюда ради интерьера и поэтому их никто никогда не читал. Пыльные корешки выцвели под неумолимым светом солнца, которое каждое утро смотрело на них из-за зарешеченного окна.
- Лидия, мы уже давно работаем с вами, но прогресс оставляет желать лучшего, - спокойный голос психиатра звучал как всегда отстраненно и бесстрастно. - Сегодня, как я понимаю, вы также пришли ко мне помолчать?
- Я не знаю, что вам сказать. - Женщина, севшая на край зеленого кресла в углу комнаты, съежилась под его взглядом и оттого стала казаться еще меньше. Немытые каштановые волосы, давно не видевшие ухода, частично закрыли ее лицо, на первый взгляд спокойное, но то и дело подрагивающее от еле сдерживаемого нервного тика.
- А о чем бы вы хотели поговорить? - спросил врач, пригладив рукой свою короткую бороду и садясь напротив - теперь их разделял небольшой кофейный столик и, кажется, эта преграда слегка успокоила женщину.
Ветер за окном взвыл, заглушая слова, которые она едва прошептала: «Не думаю, что разговоры спасут меня».
- Давайте начнем сначала, - вздохнул доктор, снимая очки, чтобы протереть их рукавом своего белоснежного халата. Лидия знала, что в нагрудном кармане он специально для этих целей держит платок. Но он о нем забыл - всегда забывал.
- Когда все началось, с вашей точки зрения?
- Два года назад. Я тогда работала в одной финансовой фирме… И тогда впервые увидела, как он смотрит на меня.
- Михаил?
- Так его звали. Одно из имен.
- Ну а подробнее, как вы его встретили?
· · ·
Я всегда с трудом запоминала лица. Это было моей бедой - в школе я путала учителей и их имена. В толпе боялась не узнать друга. Лица казались для меня похожими. Нет, конечно, я могла отличить блондина от брюнета, а карие глаза от зеленых, но связать их в единый узнаваемый образ, а потом, каким-то образом увязать его с именем - для меня это было непосильной задачей.
Моя мама даже водила меня к врачу, но тогда у меня не нашли никаких нарушений, и поэтому все просто решили, что я глупенькая. Далеко не худшая женская черта, как сказал тогда мой отец. Однако годы шли, и уже к третьему классу никто не считал меня глупой. Школу я закончила с золотой медалью абсолютной отличницы. Проблема с узнаванием лиц постепенно ушла, оставив после себя напоминание в виде привычки повторять про себя имена и главные отличительные черты новых знакомых до тех пор, пока они намертво не отпечатаются у меня на подкорке.
С Михаилом все было иначе. Совсем иначе.
Я помню тот день. Обычное серое утро, я ехала на работу - сперва автобус, потом десять минут пешком. Я слегка опаздывала, но это было в порядке вещей. Суматоха - все, как всегда. Сразу после планерки ко мне подошел один из новых коллег, кажется, его наняли на должность младшего финансиста. Он мне представился, сказал, что будет рад поработать со мной, и ушел за свой стол в опенспейсе. Как только дверь за ним закрылась, я, как всегда, несколько раз повторила его имя про себя, чтобы запомнить: "Михаил, черные волосы, бородка, очки, Михаил, черные волосы, бородка, очки"... Когда я повторила это про себя в третий раз, то почувствовала, что что-то не так и это чувство стало укрепляться с каждой секундой. Словно начавшаяся мигрень, разгорающаяся сильнее с каждым новым ударом сердца. Не понимая, что происходит, я встала из-за своего стола и нервно прошлась по своему кабинету. Остановившись у закрытой двери в третий раз, я увидела, что Михаил на меня смотрит - прямо сквозь стеклянную стену - его стол располагался прямо напротив моего кабинета. Он сидел, перебирая документы, но смотрел он не на них - на меня. На его лице застыла неестественная - широкая улыбка, а его глаза - они как будто скользили по мне, изучали, оценивали. Не потому, что я ему как-то особенно понравилась - нет, оценивали словно кусок мяса, лежащий на прилавке.
· · ·
- Лидия, - осторожно сказал врач, беря в руки блокнот короткий, специально затупленный карандаш. - Мы с вами общаемся больше года, и я точно знаю, что вы не из тех, кого можно напугать похотливыми взглядами. Вы сильная женщина, привыкшая подчинять и командовать. Поэтому давайте перейдем к тому, что вы сделали сразу после того, как причина вашего беспокойства стала вам понятна.
- Естественно, я пошла сразу к нему, - фыркнула женщина, и ее взгляд из-под спутанных грязных волос пронзил доктора черной молнией. - Я рассказывала вам эту историю уже несколько раз.
- И все же, давайте продолжим. Что вы тогда ему сказали?
· · ·
Несмотря на странное, почти мистическое ощущение страха и колотящееся сердце, я вышла из своего кабинета и направилась прямо к нему, громко цокая каблуками по отполированному паркету. Этот звук придавал мне сил, хотя каждый шаг, приближающий меня к этому человеку с той же скоростью отнимал их.
Поравнявшись с его столом, я нависла над ним, ожидая смущения или хотя бы какой-то человеческой реакции на мое появление. Но он обманул мои ожидания - в первый, но далеко не последний раз.
«Вы что-то хотели сказать?» - спросила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал и не срывался.
«Нет», - односложно ответил он, и его неестественная широкая улыбка, казалось, стала еще более демонической. «Но, возможно, сказать что-то хотите вы?»
«Не надо на меня пялиться!» - выпалила я и тут же поняла, что мой план сохранить сталь в голосе пошел прахом. «Иначе я заявлю на вас в отдел кадров»
«Как скажете, Лидия», - спокойно ответил он. «Смотрите, не пожалейте». С этими словами он отвернулся и вновь занялся своими документами.
· · ·
- Что вы почувствовали в тот момент? - спросил доктор, делая очередную пометку у себя в блокноте.
- Почувствовала? - На мгновение Лидия умолкла, стараясь подобрать слова, но подходящих не находилось. - Не знаю. Тогда мне показалось, что это угроза от уязвленного мужчины.
- Вы пошли в отдел кадров?
- Конечно. Они пообещали поговорить с ним, и, кажется, выполнили свое обещание. Как минимум в офисе он больше на меня не взглянул - ни разу.
- И все же, вы ощущали опасность, исходящую от этого человека?
- Не сразу.
- Но ощутили потом?
- Потом. Когда стало слишком поздно.
· · ·
Мы работали в разных сферах - я в бухгалтерии, а он в финансовом планировании. По моей просьбе его место перенесли от моего кабинета, так, чтобы он не мог смотреть на меня - даже исподтишка. Казалось, проблема решена - пересечения, конечно, были, но он выполнил свое обещание и избегал смотреть на меня, даже когда передавал документы. Однако однажды по пути домой, я встретила его, и тогда, ощущение тревоги вернулось, хотя он на меня так и не посмотрел.
Он стоял на остановке. Ждал тот же автобус, что и я.
Заметив его короткую стрижку и дужки очков за ушами, я сразу узнала его и тут же сошла с дороги, чтобы он, случайно обернувшись, не заметил меня. Удивительно, но это спонтанное решение оказалось как нельзя более верным - словно почувствовав мое присутствие, он обернулся уже через секунду, окидывая своим жутким изучающим взглядом пустую дорогу. В тот самый миг я, стоя за деревом, чувствовала, как бешено колотится мое сердце и, несмотря на то, как предельно глупо это выглядит со стороны, молилась о том, чтобы на дороге показался кто-то еще.
В тот день я пропустила свой автобус и добралась до дома почти на час позже обычного.
· · ·
- Как долго продолжались эти прятки? - Доктор немного наклонился вперед, но затем, словно передумав, откинулся обратно в свое кресло.
- Кажется, несколько месяцев.
- Вы пытались еще говорить с ним?
- Конечно же, нет. О чем? Он не делал ничего, не смотрел, не звонил, не слал мне записок. Все, на что я могла пожаловаться - тот первый день знакомства и чувство угрозы, исходившее от него - глупые предрассудки истеричной женщины, как сказали бы все, кто услышал бы эту историю.
- Такого мнения о себе вы допустить не могли?
- Нет, - отрезала Лидия. - Вытерпев еще месяц и доведя себя до кошмаров и бессонницы, я нашла себе другую работу и написала заявление на увольнение по собственному желанию.
- Но это не помогло?
- Как видите.
Черные глаза женщины, наполовину скрытые слипшейся неровной челкой, блеснули, когда она еще раз взглянула на сидевшего напротив нее врача.
· · ·
Прошла неделя работы на новом месте. Ничего особенного - чуть дальше ехать - пришлось взять кредит на машину. Я увидела его взгляд вновь, стоя в утренней пробке. Он смотрел на меня из соседней машины, но как только понял, что я заметила его - отвернулся и дал по газам. Номер я не запомнила.
Позже, тем же вечером, я увидела его, стоящего возле магазина у моего дома. Он курил и говорил по телефону, стоя у входа и словно поджидая кого-то.
· · ·
- Поджидая вас?
- Так я решила.
- А вы не могли перепутать его с кем-то похожим?
- Конечно же, нет! "Михаил, черные волосы, бородка, очки, Михаил, черные волосы, бородка, очки" - Я точно знаю, как он выглядит!
- И что же вы предприняли?
- Попробовала решить свои проблемы. Как и всегда.
· · ·
Возможно, это прозвучит цинично, но время мужчин прошло, а время женщин - еще не настало. Мы живем в мире денег. И деньги, в наше время, решают все. К счастью, тогда они у меня были. Как были и связи, оставшиеся у меня после последнего брака. Увидев его в пятый раз - у своего подъезда - я решила, что с этим пора что-то делать и сделала два звонка. Первый - одному знакомому человеку, а второй - в банк, для подтверждения операции перевода денег на защищенный счет, с которого впоследствии можно будет безопасно оплатить услугу. Нелегальную, как вы понимаете.
Через полчаса я не без удовольствия наблюдала за тем, как объект моих страхов затаскивают на заднее сиденье машины и увозят в неизвестном мне направлении на разговор. В том, что этот разговор состоялся, у меня нет никаких сомнений.
· · ·
- Что произошло потом?
- Вы сами знаете.
- Знаю, но нам нужно, чтобы вы это проговорили.
- Потом он появился вновь.
· · ·
Прошло всего несколько дней. Я больше его не видела и уже было поверила, что проблема решена. В то воскресенье у моей подруги был день рождения, и мы хотели собраться в одном ресторане. Я вызвала такси, и когда спустилась - за рулем сидел он - Михаил. Черные волосы, бородка, очки. При виде меня он улыбнулся своей жуткой демонической улыбкой, в которой, казалось, было задействовано все его лицо. Лицо, на котором не было ни следа от той поездки, хотя следы обязаны были быть - мне прислали фотографии!
Не веря своим глазам, я смотрела на его отражение в зеркале заднего вида, чувствуя, как паника волнами охватывает меня, и тогда я закричала - кажется, в первый раз в жизни. Дверь за мной не успела закрыться, поэтому, прежде чем он сделал хоть что-то, я вырвалась из машины и убежала обратно домой, где проплакала до утра, игнорируя звонки подруги. Кажется, она тогда искренне решила, что кто-то меня убил. И, честно, я думаю, останься я тогда в том такси - это бы со мной и случилось.
· · ·
- Скажите, Лидия, вы не думаете, что ваши панические атаки и видения одного и того же человека, преследующего вас, могут быть связаны?
- Это не видения!
- Возможно. Но вы же знаете, что для преследователей характерно не только стремиться встретиться с объектом своего вожделения. Вы сами это сказали - они звонят, пишут послания, оставляя их под дверью, чтобы их непременно нашли. Вы что-то такое находили?
- Нет. Но ему это не было нужно - каким-то невероятным образом, каждый раз, он совершенно точно знал, где я.
- Тогда давайте перейдем к окончанию этой истории. Скажите, как вы встретились с ним в последний раз?
· · ·
- Еще несколько раз я заказывала его избиение. Но это не помогало, каждый раз он появлялся вновь - через день или два, целый и невредимый. У меня не было причин не доверять тем людям, с которыми я связывалась. Они работали на моего покойного мужа и всегда четко исполняли порученные им задания. И все же, в тот раз, я решила убедиться во всем лично. Когда Михаила запихивали в багажник, я села на заднее кресло машины, не без удовольствия слушая его испуганный треп.
Дорога в тот день была свободна от пробок. Освещенная одной лишь луной и редкими фонарями - она должна была привезти меня к разрешению всех моих проблем. Выехав на федеральную трассу, мы проехали еще несколько километров, прежде чем свернуть на лесную просеку. Судя по траве, густо росшей на едва заметной колее - в ближайшее время никто нас не должен был побеспокоить.
- Вы ошиблись! - кричал он, когда два высоких мужчины в спортивных костюмах и медицинских масках выволокли его из багажника и толкнули на ближайшую березу, вынудив обнять дерево, чтобы устоять на ногах. Один из них кивнул мне, давая знак, что я могу говорить, и они держат ситуацию под контролем.
- Михаил, - сказала я, как могла, спокойно. - Ты же знаешь, что я не ошиблась. Скажи, зачем ты продолжаешь следить за мной?
Он обернулся и окинул меня своим хорошо знакомым мне взглядом. Его улыбка медленно наползла на лицо. Струйка крови, стекающая из сломанного носа, образовала каплю на разбитой губе, и когда он заговорил - слетела вниз, блеснув в звездном свете. Его голос... Совершенно не совпадал с внешним видом - в нем слышалась паника.
- Я понятия не имею, кто вы. Меня зовут не Михаил. Пожалуйста, отпустите, у меня есть дочь!
- Сколько раз ты поджидал меня у подъезда, Михаил! Смотрел на меня в магазине и стучал в мою дверь, притворяясь курьером! Сколько раз приезжал под видом таксиста. Я знаю, кто ты, Михаил, я знаю, чего ты хочешь - свести меня с ума! Но у тебя не получится это сделать, Михаил.
Его улыбка, такая широкая, что можно было разглядеть коронки на крайних зубах, казалось, стала еще шире, но голос звучал иначе - казалось, он вот-вот заплачет.
- Свести вас с ума... Клянусь, вы и так сумасшедшая, я...
Подав сигнал мужчинам, я посмотрела на то, как они двинулись в его сторону. И в этот момент... он выхватил нож и бросился на меня. А дальше - вы знаете. Мои отпечатки пальцев на орудии убийства обнаружили при экспертизе.
· · ·
- И вот вы здесь, со мной, - заключил доктор, вновь надевая очки. - Боюсь, что эту историю я слышал уже много раз и вы, Лидия, до сих пор не готовы рассказать мне правду.
Лидия молчала. Ее черные глаза, наполовину закрытые немытыми волосами, блестели, отражая свет окна.
- Что ж, в завершение нашего сеанса, давайте проведем небольшой тест. - Вынув из кармана несколько пластиковых квадратиков с рисунками, изображающими эмоции, врач разложил их на столе перед Лидией.
- Пожалуйста, выберите ту карточку, которая лучше всего отображает ваши эмоции на данный момент.
Подрагивающий взгляд Лидии устремился с врача вниз - на карточки. Несколько секунд она думала, прежде чем вытянуть руку и непослушными пальцами взять квадратик с изображением кричащего человека, в ужасе обхватившего руками голову.
- Ужас. Верно я понимаю?
- Да, Михаил, - дрожащим голосом согласилась Лидия.
Доктор удовлетворенно кивнул и убрал карточки и свой блокнот. Его лицо растянулось в неестественной широкой улыбке.
- До встречи на следующем сеансе.