Середина нулевых годов. Телефоны пока еще не поработили человечество, но уже готовились к последнему решительному рывку. Я работал на стройке — нечестные деньги за честный труд, однако это были те золотые годы, когда я наконец уехал из деревни и наслаждался свободой.
Первое время мобильные телефоны избегали моего внимания. Когда денег едва хватает на еду, последнее, о чем хочется думать, так это о роскоши. Однако шли годы, телефоны становились дешевле, а я дослужился до бригадира и уже мог позволить себе какие-никакие траты, даже несмотря на то, что к тому времени уже обзавелся женой и ипотечной квартирой. Вскоре родители умерли, оставив мне небольшое наследство в виде дома, который я, отгоревав положенный срок, продал. А еще через пару лет после этого я впервые подумал, что жизнь начала налаживаться и я действительно могу позволить себе если не все, то достаточно многое, о чем раньше мог только мечтать.
В 2009 году я впервые поехал на радиорынок не ради мотка проводов или замены сломавшегося инструмента, а чтобы подобрать себе какую-нибудь «трубу» поприличнее.
Радиорынок в тот день встретил меня неприветливо. Шел дождь, портящий картину единственного за последний месяц выходного дня. Летняя жара уже уступила место осенней промозглости. Я шел между торговых рядов, сам не зная, чего тут ищу. Пройдя рынок из конца в конец в очередной раз и осмотрев, кажется, все, я уже было засобирался уйти домой без покупки, как тут мое внимание привлек неприметный ларек, расположенный у самого входа, который до этого момента каким-то чудом избегал моего внимания. Поскольку он все равно был мне по пути, я решил остановиться и осмотреть его чуть внимательнее.
За прозрачной стенкой из плексигласа, среди кофемолок и микроволновок, на украшенном вышивкой коврике красовалось десятка два почти новых мобильных телефона одинаковой марки, которая, впрочем, ни о чем мне не говорила. Возле вручную написанных ценников, на таких же бумажках, продавец бисерным почерком расписал названия моделей, их характеристики, а также указал, что телефоны работают. Но, что важнее всего, в комплекте с каждым телефоном он предлагал бесплатную предоплаченную сим-карту с красивыми номерами с большим количеством одинаковых цифр: бери и звони. Последнее в конечном счете разрешило мои оставшиеся сомнения.
Хозяин прилавка, почтенных лет мужчина с седой окладистой бородой и рассеянным взглядом, кажется, не планировал привлекать внимание посетителей, сидя в своем углу и читая газету. На меня он внимания также не обращал.
— Здравствуйте, — сказал я. — А телефоны точно работают?
— Все как написано, — отозвался продавец, не поднимая взгляда от газеты.
— А почему так дешево?
— Нормально. Накинешь сверху — спорить не буду.
— А зарядка?
— В коробке.
Я присмотрелся к аппаратам. Они, без сомнения, не были новыми. Местами виднелись потертости, у пары телефонов с кнопок стерлась краска. Но их состояние было значительно лучше, чем во всех соседних ларьках, поэтому после пробного звонка домой я, даже не пытаясь торговаться, взял модель черного цвета себе, красного — жене, и закинул на баланс остаток принесенных с собой денег в ближайшем салоне связи.
Я был доволен. И даже не столько самим телефоном, сколько номером, доставшимся мне вместе с ним: 555-66-55 — его даже запоминать не пришлось. Казалось, именно такой телефон у меня всегда и был. Уже к этому вечеру его знали все мои друзья и знакомые.
***
Прошла неделя. Возможность звонить кому угодно из любой точки города казалась мне настоящим чудом. Моя жена Наташа, кажется, не могла понять моих чувств. Ей вполне хватало городского телефона для общения с подругами, а на работе у нее был другой телефон. Будучи городской жительницей до мозга костей, Наташа привыкла быть на связи, курсируя от телефона до телефона, и такое чудо, как мобильная связь, казалось ей просто приятным дополнением к жизни. Для меня же покупка стала настоящим спасением. Работать стало значительно проще — я мог связаться с клиентами и с поставщиками материалов прямо с объекта, не возвращаясь в офис, и решить большинство проблем, что значительно облегчало и ускоряло работу. Спустя несколько дней я уже не сомневался, что до следующего повышения у меня получится дослужиться куда быстрее.
Все началось спустя примерно месяц после покупки.
Телефон, лежащий на тумбочке возле моей кровати, внезапно зажужжал, оповещая о входящем сообщении. Я машинально открыл глаза, вглядываясь в темноту глубокой ночи. Светящийся бледно-зеленым циферблат часов у кровати показывал два часа ночи. Наташа спала рядом и, кажется, ничего не услышала. Ее глубокое спокойное дыхание вновь почти усыпило меня, как вдруг телефон зажужжал вновь. Наташа вздохнула и перевернулась на другой бок, а я, разбуженный окончательно, взял телефон в руки.
Два СМС-сообщения пришли с неопознанного номера с разницей в пару минут. Вместо цифр входящего номера было написано просто «абонент», как если бы этот номер уже был забит в память телефона под этим именем. Вот только я был уверен, что никого в своем списке контактов так не называл.
Необычными были и сами сообщения. Первое из них состояло всего из одного слова: «проснись». Однако второе сообщение было и вовсе безумным: «Каска сломана. Найди другую».
Какое-то время я глупо смотрел на горящий синим цветом дисплей, силясь понять, у кого хватило мозгов на такую глупую шутку. Я просто написал «отвали, псих», после чего выключил телефон и снова уснул. Однако утром, включив телефон, я увидел, что мое сообщение не было отправлено, потому что такого абонента не существует. Я рассказал о странных сообщениях жене. Наташа сперва забеспокоилась. «Нечего было брать чужой номер, скупердяй». Однако новых сообщений не приходило, и мы быстро забыли об этой странной истории, тем более что этим утром у меня и без того было много забот: у меня открывался новый строительный объект.
Нашей компании удалось выиграть городской тендер. На месте недостроенной многоэтажки, которую нужно было сперва разобрать, нам предстояло построить новый торговый центр. В тот день мне нужно было вместе с первой бригадой наметить первые этапы демонтажа и определиться с техникой для аренды.
***
Бетонный остов заброшенного недостроя казался скелетом какого-то причудливого чудовища. То тут, то там из незаконченных стен щетиной торчали куски спиленной арматуры: кто-то знатно поработал болгаркой, обогащая местный пункт приема металла. Те стены, которые успели построить, были густо закрашены граффити, намекая на то, что забор вокруг был не больше чем декорацией.
Я и еще несколько человек из моей бригады подъехали к объекту на автобусе с необходимым оборудованием. Быстро расставив задачи и убедившись, что все приступили к их выполнению, я решил обойти периметр здания с геодезистом, чтобы прикинуть примерную площадь объекта, как вдруг заметил, что в моей каске отсутствует мягкая подкладка. Пластик самой каски, впрочем, казался вполне целым, однако в памяти засело злосчастное сообщение из телефона: «Каска сломана. Найди другую». Не слишком ли большая точность для такого совпадения? Не иначе — телефонный шутник был из моей бригады.
Быстро отыскав в запасах целую каску, хоть и подписанную чужим именем, я нагнал уже разошедшихся по своим делам людей и с ходу задал вопрос, крутящийся у меня в голове:
— Так, признавайтесь, кто из вас, умников, это сделал?
— Сделал что, шеф? — Недоуменный гул и хмыканье сбивали с толку, но я попробовал снова, надеясь по лицу определить виновного.
— Сообщения этой ночью про каску мне кто прислал?
Еще большее непонимание, охватившее бригаду, быстро заставило меня отступить.
— Ладно, проехали, кто бы ты ни был, просто имей в виду, что ночью…
Закончить я, скорее всего, не успел. Раздался громкий треск, стук, а затем — я очнулся в автобусе. Меня обступали знакомые лица — моя бригада. Все выглядели напуганными.
— Очнулся! — крикнул кто-то, и напряжение спало, люди заулыбались, зашевелились, словно ожив одновременно со мной.
Ближний ко мне строитель показал мне мою каску. Судя по следам крови, мне немало досталось, но в тот момент боли я толком не чувствовал.
— Надо же, только что о ней говорили, шеф, и тут — кусок стены обвалился прямо на вас. Я уж было решил, что вы шею сломали…
Вечер я провел в больнице. Шея болела, голова — тоже, но я этого не замечал. Наташа позвонила вечером, спросила про самочувствие, но так и не навестила. Больницы всегда плохо действовали на нее, и, убедившись, что я в порядке, она продолжила проявлять заботу удаленно. Впрочем, меня это не беспокоило. Раз за разом я перечитывал ночные сообщения. Если бы не предупреждение, я надел бы каску без подкладки, и сейчас мне бы лечили не растяжение и подозрение на сотрясение, а вытаскивали бы из черепа куски бетона и вправляли шею на место, чтобы в гробу смотрелся приличнее. Сообщение, без сомнения, спасло мне жизнь. И это не было шуткой — вся моя бригада была со мной, когда стена обвалилась, а значит, виноватых не было, если, конечно, не подозревать, что все девять человек в моей бригаде решили меня убить.
***
Прошло еще несколько недель, прежде чем я получил новое сообщение от «абонента». Я как раз подъезжал к своему дому, уже мечтая о том, чтобы поскорее принять душ и отправиться спать.
«Она тебе изменяет», — сообщил телефон. Конечно же, это было чушью. Да, в последнее время мы с Наташей редко общались, запертые в своих собственных бесконечных кругах ада, состоящих из повторяющихся циклов «работа — дом — работа», где работе отводилось куда больше времени и внимания. Но я хорошо помнил, как начинались наши отношения. Как она, вопреки мнению своих богатых родителей, согласилась стать женой полунищего строителя, веря в мой потенциал и уверенная в том, что поможет мне его однажды раскрыть. И ведь она не ошиблась — теперь даже по местным городским меркам мы были весьма обеспеченны. Даже ее отец начал ко мне хорошо относиться…
Наскоро припарковавшись, я поспешил домой. Конечно, кроме самой Наташи, там никого не было. Она возилась на кухне, разогревая ужин. Была не в настроении — разговорить я ее так и не смог, поэтому, чтобы не сидеть без дела и случайно не выдать свое неожиданное и ничем не оправданное подозрение, я начал прибирать в квартире, подсознательно выискивая какие-нибудь улики, но, само собой, ничего не нашел. Позже, ночью, я получил еще одно сообщение от абонента: «Ищи у нее на работе». Вот это был уже явный перебор. Сообщения начали вмешиваться в мою жизнь и портить семейные отношения, которые я так долго выстраивал. Внимательно изучив функции телефона, я заблокировал «абонента». Я верил своей жене. По крайней мере, верил ей больше, чем неизвестному предсказателю, шлющему мне сообщения по неизвестно каким причинам.
Спустя три дня я получил еще одно сообщение. Функция блокировки не сработала.
«Они следят за тобой».
СМС пришла, когда я был за рулем, и, увидев ее, я резко свернул на обочину, едва не зацепив проезжавший мимо «Мерседес». Его водитель, притормозив, показал мне в окно средний палец, но я едва заметил это, потому что машина, едущая за мной, явно снизила скорость и едва не припарковалась возле меня, прежде чем поехала дальше. Из-за тонировки боковых окон я так и не смог разглядеть лица водителя, но был уверен — это тот, о ком писал абонент.
«Никому не доверяй», — написал «абонент».
Я едва не уронил телефон. Руки дрожали. Сердце колотилось, угрожая вот-вот выскочить из стиснутого спазмом горла. Боясь получить новое угрожающее предсказание, я снял заднюю крышку и вытащил батарею и рискнул завести мотор лишь спустя десять минут, когда полностью успокоился.
***
Демонтаж старого здания шел полным ходом. Заранее проверив, что все каски целы и хорошего качества, наша бригада уже убрала все шаткие элементы конструкции и начинала разбор несущих стен второго этажа. Чтобы сохранить как можно больше материала, работали медленно — так выходило дороже, но все должно было окупиться с лихвой, когда настанет пора заказывать новые материалы.
Забравшись в вагончик, который я использовал в качестве временного офиса, я принялся делать предварительные расчеты, сравнивая объем сохраненных материалов с их рыночной стоимостью. Быстро погрузившись в работу, я вздрогнул, когда получил третью СМС. Телефон по-прежнему был без батареи. Подсветка дисплея не работала, но сообщение читалось, выведенное черными пикселями на темно-зеленом дисплее.
«Она хочет тебя отравить».
В моей правой руке, только что державшей карандаш, был наполовину развернутый бутерброд. Обычно Наташа не делала мне обедов, потому что, как правило, я ел вместе с остальными рабочими в полевой столовой. Однако в этот раз пришлось сделать исключение, потому что сразу после расчетов я должен был поехать в центральный офис и обед непременно бы пропустил.
В мучительных раздумьях я перечитал сообщение несколько раз. Эта фраза не могла значить ничего, кроме того, что она значила, а первое предсказание, сделанное с такой невероятной точностью, как и сам невероятный факт работы выключенного телефона, вынуждало меня верить этим сообщениям хотя бы отчасти. Однако я любил свою жену. И ничто, кроме этих чертовых сообщений, не давало мне повода подозревать ее ни в неверности, ни, боже упаси, в покушении на меня.
Спустя несколько минут я сделал свой выбор. Недалеко от объекта находился мост через небольшую городскую речушку. Включив телефон и наскоро предупредив пару самых важных контактов, что скоро у меня будет другой номер телефона, я быстрым шагом отправился туда, на ходу снова вытаскивая батарею, чтобы вынуть сим-карту. Затем я сломал ее пополам и, дойдя до реки, выбросил в воду. Больше ни одна СМС от ненавистного «абонента» не дойдет до меня. Вслед за ней в воду полетел и злополучный бутерброд. Аппетита все равно больше не было.
После работы по пути домой я зашел к оператору и купил новую сим-карту — простую, с совершенно обычным номером телефона, но зато зарегистрированную на мое имя. Уже дома, включив телефон, я увидел последнее сообщение от «абонента».
«Этим вечером он придет за тобой. Она ему откроет. Прощай».
***
Наташа сидела рядом.— Ты что же, сегодня даже не кушал? — спросила она. Ее хорошо знакомый голос и интонации казались слегка напряженными.— Нет, совершенно забегался с новым объектом. Прости.— Ну ничего, сейчас я тебе чего-нибудь разогрею.
Сидя за столом в ожидании ужина, я краем глаза заметил, как Наташа, снующая по кухне, нервно взглянула на часы, словно ожидая чего-то.
На журнальном столике зажужжал телефон. Не мой, а красный. — Наташин. Не удержавшись, я встал и взял его в руки.
Ей, как и мне, пришла СМС от «абонента»:
«Последний шанс. Он задушит тебя во сне. Открой дверь. В глазок не смотри».
В этот момент в дверь к нам позвонили. Я услышал, как Наташа стремглав бросилась к двери, на ходу вынимая ключи из кармана передника. Я быстро взял нож со стола и поспешил за ней следом.
Алексей Румянцев
2024